Шейн Уиигваас

Шейн «Гиивэвигаабау» Уиигваас с младых ногтей усвоил, что «справедливость» у всех людей разная. Для большинства она была синонимом «наказания». Сделал что-то не так — отправляешься в тюрьму. Но для анишинаабек из индейской общины Гласс-Ривер и для народов по всему Черепашьему острову «справедливость» означала «равновесие». Сделал что-то не так — делаешь все возможное, чтобы исправить положение и восстановить равновесие.

Этот основополагающий принцип определил его карьеру адвоката по защите прав коренных народов. В системе, где даже за мелкие проступки осужденных отправляли за решетку, Шейн был исключением, уделяя каждому делу должное внимание и заботу. Он избавил многих подзащитных от неоправданного тюремного срока.

Но одно дело все изменило.

Дерек был младшим из многочисленных кузенов Шейна и другом по детским играм. Они росли вместе и, как правило, вместе же и влипали в неприятности. Дерек всегда был славным малым с прекрасным характером, и мать в нем души не чаяла. Но вот он угодил за решетку по обвинению в убийстве полицейского.

Шейн без лишних вопросов взялся за это дело и выслушал Дерека. По мнению обвиняемого, это была обычная остановка на дороге. У Дерека не работали габаритные огни. Полицейский начал давить на водителя и в итоге выволок кузена Шейна из машины прямо в придорожную канаву.

Дерек отбивался, не превышая норм самообороны, но полицейского внезапно окутал черный туман.

Шейн понимал, что его кузен ни в чем не виноват, но это еще предстояло доказать. Ничего из найденного на месте трагедии не помогало решить дело в пользу Дерека. Государственное обвинение было уверено: даже при отсутствии тела полицейского, разбитого стекла и следов крови вполне достаточно, чтобы убедить суд в виновности Дерека. Что еще хуже, профсоюз полиции настаивал на самом суровом наказании: пожизненном заключении без права на обжалование.

Шейн не мог этого допустить, но при этом осознавал, что не может предоставить присяжным рассказ о странном черном тумане. Обвинение было согласно на сделку: подсудимый признает себя виновным и проходит по менее тяжкой статье — срок все равно будет, но не пожизненный, а несколько лет.

Дерек отказался. Пойти на сделку означало признаться в преступлении, которого он не совершал. Шейн пытался образумить кузена, но беда уже свершилась. Убежденный в том, что родич не верит в его историю, Дерек отказался от его адвокатских услуг, решив самостоятельно представлять себя в суде.

Разумеется, его приговорили за убийство к пожизненному заключению без права на досрочное освобождение. Родные и все жители Гласс-Ривер были раздавлены этой новостью.

Шейн перестал появляться дома. С ним отказалась общаться его тетя, мама Дерека. Друзья и соседи вдруг начали смотреть на Шейна как на чужака. А его начали неустанно преследовать кошмары с видениями того, как кузен страдает за решеткой. И Шейн понимал, почему.

Он должен был не сдаваться и выступить в суде. Должен был защищать своего кузена. Теперь же оставалось только одно.

С первыми лучами зари, Шейн сел на свой мотоцикл и покинул родной дом, семью и все, что было ему дорого.

В течение долгих лет он переезжал из города в город, из резервации в резервацию. Оказывал юридическую помощь протестующим в Альберте. Был рабочим на ранчо в Монтане. Ремонтировал дома в Оклахоме. Но всякий раз, когда кошмары возвращались, Шейн понимал: пора двигаться дальше.

Порой он рассказывал историю Дерека тем, кто был готов слушать. А иногда даже рисковал упомянуть и про черный туман. И вот как-то ночью, когда он отдыхал в Миннесоте в лагере перед предстоящим Солнечным танцем, одна женщина из племени дакота поманила Шейна в сторонку.

Она тоже слыхала о человеке, которого забрал черный туман. О юноше, жившем на Тихоокеанском Северо-Западе.

Шейн отправился в путь, не дожидаясь рассвета. Если был хоть малейший шанс найти улики, позволяющие вызволить Дерека из тюрьмы, им надо было воспользоваться.

Поиски привели Шейна в резервацию на краю обширного леса. Старейшина поведал историю о молодом человеке по имени Джейк, живущем в глухих дебрях, куда местные предпочитали не соваться.

Вопреки советам старейшины, Шейн отправился в чащу, где со временем вышел на неестественно выглядящую прогалину. В воздухе висел густой смрад разложения. Земля под ногами была черной и словно бы гниющей. Но при появлении незваного гостя мертвая почва пробудилась, и от начавшихся вибраций Шейна затошнило.

А затем поляну окутал черный туман.

Прямо перед собой Шейн увидел целый океан лиц. Окровавленного, до смерти напуганного полицейского. Куда-то бегущего юного Джейка. Бесчисленное количество людей из разных точек пространства и времени, заточенных и зовущих на помощь.
Ищущих того, кто сумеет их спасти.